АХМАТ-ХАДЖИ КАДЫРОВ – человек слова и дела

Ahmad Kadirov i ego son Ramzan pered inauguraciyey. Ramzan chitaet otcu prislanie pozdravleniya .19.10.03. Gudermes, 40 km vostok ot Groznogo, Chechnya. (AP Photo/Musa Sadulayev)

Доминирующей чертой его характера – тем, что составляло половину его обмена, – была воля, крайне определенная, крайне напряженная воля, умевшая сосредоточиться на ближайшей задаче и никогда не выходить за круг, начертанный сильным умом, который всякую частную задачу устанавливал как звено в огромной чечено-российской политической цепи…
Ахмат Кадыров обладал отличительно яркой, гранено-четкой, глубоко охватывающей всякий предмет и поэтому почти ясновидящей мыслью…
Часто думают (и думают не без основания), что личный характер человека большой роли в истории не играет. В самом деле, отнюдь не отрицая роли личности в истории в известных рамках, мы не можем не склоняться к тому положению, что при этом именно сила мысли, напряженность воли играют первую роль, ведь все остальное исходит от общества… Тот факт, что Кадыров оказался лидером чеченского народа, было предопределено временем. Можно сказать, что в аналогичных исторических и общественных условиях и другие стали бы на эту же точку зрения, только они бесконечно, более ярко эту точку зрения выразили именно в силу объема. Другие же черты характеристики, хотя и великого лица, могут иметь чрезвычайно большое значение для его биографии, но с точки зрения анализа социальной роли эти черты отходят как будто бы на задний план.
Однако у Ахмата-Хаджи Кадырова были некоторые черты, которые глубочайшим образом присущи были именно ему и только ему, и которые, тем не менее, имеют колоссальное социальное значение.
Я хочу остановиться на двух таких чертах, которые особенно бросаются в глаза и которые особенно значительны. Значительны же они потому, что характеризуют Ахмата-Хаджи Кадырова, как богослова и демократа. Этим я не хочу сказать, что они присущи вообще всякому демократу, нет, но они должны быть присущи такому человеку, которого мы хотели бы видеть во главе своего народа, человеку, каким, может быть, каждый из нас хотел бы быть, но каким в подлинно законченной форме был Ахмат-Хаджи Кадыров.
Первая важная черта из них, о которых я здесь говорю, – это отсутствие в Кадырове всякого личничества. Явление это очень глубокое и заслуживает внимательной разработки в чеченской литературе. Я думаю, что это придет со временем, когда вопросы искусства жить станут окончательно на подобающий план.
Мы, конечно, знаем немало мелких людей, которые являются отчасти, даже именно в силу мелкоты своей, необычайными личниками. Лев Толстой сказал где-то, что истинная ценность человека определяется цифрой, которая получается от деления его хороших качеств на степень его самомнения; то есть даже сравнительно талантливый человек, если он обладает большим самомнением, тем самым может оказаться смешным и даже, хуже того, ненужным, вредным; и, наоборот, скромных дарований человек при скромном мнении о себе может быть мил и высоко полезен. Та необыкновенная простота и естественность, которые ему всегда сопутствовали, отнюдь не были каким-то «серым походным мундиром», которым Ахмат-Хаджи хотел бы отличиться от золотого шитья других великих и многих малых людей истории.
Ахмат-Хаджи Кадыров потому внешним образом был чрезвычайно естественен, что он никогда сам себя не наблюдал, никогда своей оценкой не занимался. Никогда не сравнивал своего положения с положением других и весь без конца и края был поглощен работой, которую делал.
В высочайшей степени, в некотором глубоком и прекрасном смысле, Ахмат Кадыров был человеком дела. Конечно, такая преданность делу, такое безусловное, лишенное всякого украшения претворение себя в работника этого дела велико и торжественно только потому, что то самое дело огромно, или, вернее является самым огромным делом. Ахмат Кадыров жил жизнью человечества, прежде всего, жизнью чеченского народа и чувствовал себя и свою борьбу за человечество делом совершенно естественным, целиком наполняющим его жизнь.
Но именно потому, что в Ахмате Кадырове не было совершенно никакого желания свою личность выращивать, поливать, украшать, его личность осталась не только мощной, но и необычно цельной, необычайно характерной, ни на кого не похожей, но могущей считаться для всех образцом. Да, мы все не могли бы высказать лучшего пожелания относительно наших детей и внуков, как быть в этом отношении как можно более близкими к образцу, данному Кадыровым.
И вторая черта, на которой нельзя не остановиться: Ахмат Кадыров был человек необыкновенно веселый. Это не значит, конечно, чтобы сердце его не сжималось, и это не отпечатывалось глубокой грустью при какой-нибудь скорби родных и любимых им жителей Чечни: все земное он принимал очень близко к сердцу, очень серьезно; и все-таки это был необыкновенно веселый человек. Почему же такая радость, такая веселость жила в сердце Ахмата-Хаджи Кадырова? Я полагаю, что она объяснялось тем, что он был до конца практически жизненно верующим человеком. Настоящий верующий видит все тенденции и будущее каждой данной общественной формации.

Р.S. Отдавая всего себя и всю свою энергию повседневному разрешению труднейших задач, Кадыров прекрасно понимал, что сразу их не разрешить, что сейчас, в данный момент можно заложить только первые камни фундамента, доделать придет молодежь. Вот откуда его огромное внимание к молодежи, откуда те заветы, которые он задал молодежи.

 

Увайс Лорсанукаев

 
 
 

Комментарии

 
 

Добавить комментарий

*

*